всё равно заживёшь ведь, как рваная ножевая,
нарастишься там, где содрали большим куском,
будешь вся в заплаточку, перешитая, но живая,
стянута пояском.

закаменеют дельты под весом седых небес,
тех, что чудовищно зявят над нами рот.
если не ты, тогда кто понесёт твой крест?
кто его подберёт?

я обещаю, ты скоро задышишь вся.
перетерпи в гортани горькое, как токсин,
чувство, что день ещё даже не начался,
но сразу невыносим.

мне из тебя не повыдергать этих спиц,
не распугать в тебе чёрное вороньё.
мы продолжим листать в зеркалах сотни тысяч лиц,
пока не найдём твоё.

— (С)ущество

 

justfree:

devoid:

 

 

+
 
И неужели мне было мало того, что она полюбила такого меня, какого полюбить невозможно.

sweetgame:

onyourown:
myloveishe: kittymeow: 16march: М. Горький      
 
 

 
однажды утром, проснувшись рано среди холодных объятий ночи,
тебе вдруг станет до боли страшно идти к ненужным и скучным «прочим».
но будет поздно: в квартире пусто, и не с кем больше делиться фальшью.
ты сядешь на пол с улыбкой грустной, внезапно вспомнив, как было раньше.

…твой сын всегда был таким примерным: спокойный, милый и тихий мальчик.
но, видно, он лишь казался мирным – теперь со смехом по дому скачет,
гуляет часто с девчонкой наглой (у той взгляд властный и голос дерзкий)…
вот мальчик юношей стал внезапно, хотя порою совсем по-детски
активно спорит с любимой мамой, словами может обидеть сильно.
а ты все думаешь: – «очень рано», но он опять пробегает мимо.
«зачем же время летит так быстро? я слишком резко теряю сына», –
а жизнь вдруг мигом лишилась смысла, и сердце будто совсем остыло.

он как-то летом пришел на кухню и сел напротив с серьезным видом:
–пора мне жизнь начинать иную. не нужно только давить обидой, –
и дальше фразы про съём квартиры, про вид из окон на лес и горы…
теперь напротив лицо мужчины со взглядом детским, но все же гордым.
–так быстро вырос, – сказала мягко, пытаясь тщетно сглотнуть ком в горле.
смахнула пальцем слезу украдкой, успешно в сердце запрятав горе.
девчонка та прибежала вскоре. со звонким смехом пакуя вещи,
она мешала случиться ссоре…

и вот, у входа обняв покрепче
за плечи сына, ушла с порога, не видеть чтобы родную спину.
в глазах обида, в глазах тревога – птенец родное гнездо покинул.

…однажды утром проснулась рано. будильник позже звенит обычно.
походкой сонной идешь до ванной, там смотришь в зеркало: все привычно.
морщины, бледность, в глазах же – радость: сегодня сын обещал приехать.

«к чертям работу. скажу, мол, слабость.
а вдруг захочет он сесть обедать?»

— (c) verner

 

вечер струился мглою в карман ветровки.
я замерзала, стоя на остановке.
снег не ложился, ещё на подлёте тая.
в общем, тогда я и повстречала кая.
он дожидался маршрутки в свои владенья
и улыбался, тысячный день рожденья
свой отмечая. грея глинтвейн в стакане,
мальчик с глазами северней всех сияний,
ярче далёких звёзд и прекрасней тоже,
спрашивал двухрублёвку у всех прохожих.
он говорил, что напился бы, дай лишь повод,
больше нет сил возвращаться в трескучий холод, 
к стойким морозам, но выбор тут или-или.
он улыбался — губы слегка кровили.

он показал, как смеялся (когда не плакал).
он рассказал, как сползал поначалу на пол,
как колотил по прозрачным дверям руками,
как пережил сотни лет за семью замками
и наконец-то собрал это слово — «вечность» —
но на конечной лёг небосвод на плечи,
а до свободы опять не хватило малость —
годы и годы. я плакала и смеялась.
он говорил, королева ушла однажды —
и не вернулась. не позвонила даже.
герда забыла (или забила, может),
так что ему просто пришлось, похоже,
взять и остаться. не бросишь же, в самом деле,
льды и морозы, вьюги, снега, метели…
выбраться в город — ровно лишь раз в столетье,
и возвращаться. мы же, мол, все в ответе
перед вот теми, которых мы приручили.

он говорил, а автобусы уходили.

десять. одиннадцать. полночь. и пол-второго…
он говорил — я ловила любое слово.

я замерзала, грея его ладони.
он говорил, что устал восседать на троне,
что от короны лоб рассекла полоска,
только безумец думает, будто просто
править снегами в вечно-морозном замке.
тысячелетний мальчик в смешной ушанке
мне улыбался, а сам — мерзлота и тундра.
мы разошлись, не соврать бы, почти под утро.
солнце вломилось в город, искрясь, сверкая…
… в общем, тогда я и полюбила кая.

он на прощанье обнял меня несмело.
больше мы не встречались.
такое дело.

(с) Дарёна 

+
 

(via vikkiterra)

прелесть 

 

murrrmiu:

riririi:

(via benzin)

 

 

+
 
Врагов нужно прощать, но только после того, как их повесят.

— Г. Гейне

 
 
Работать над отношениями — это вместе улаживать трудные моменты. Не путайте это с попытками найти хоть какие-то плюсы в тонне говна.

mirovad:

ahuenayaya: (via aliwe)  
 

+
 
  Следующая  →